Социальное государство и парламентаризм: гармоничное соседство или режим несовместимости?

Аннотация

Принцип социального государства предполагает активное участие исполнительной власти в справедливом распределении ресурсов, существенно меняя расклад сил в традиционной системе разделения властей, создавая дисбаланс не в пользу законодательной власти и ослабляя последнюю. В области социальной политики парламент утрачивает роль одного из ведущих звеньев системы разделения властей, уступает роль законодателя правительству и превращается в административную машину для плебисцитарного одобрения правительственных инициатив. Правительство использует инструменты законодательной власти как для фактического регулирования социальной политики, включая установление стандартов социальной жизни, доходов, мер социальной поддержки, так и для расширения собственных полномочий, превращаясь в фактического законодателя в данной области. Последний тезис подтверждается приведенными в статье количественными и качественными показателями, среди которых достаточно высокий уровень поддержки правительственных социальных инициатив, которые принимаются практически без изменений, в то время как контроль законодателя носит юридико-технический характер. Результатом законотворчества становится не закон как правило поведения и воля законодательного органа, а закон как акт правительства, т. е. законом лишь в формальном понимании. Отстранение законодателя от активной роли в социальной политике позволяет говорить о нарушении принципа разделения властей. Одним из способов восстановления баланса предлагается передать непосредственное управление социальной сферой автономным децентрализованным ведомствам при сохранении над ними эффективного парламентского контроля, включая законодательную процедуру учреждения таких ведомств, их подотчетность парламенту, а также участие парламента в назначении их руководящего звена.

Литература

1. Децентрализованные органы и учреждения в системе исполнительной власти зарубежных государств: науч.-практ. пособие / Отв. ред. А. Н . Пилипенко. М., 2018.
2. Кошель А. С. Парламент и правотворчество: современное осмысление роли парламентских процедур и законов в трансформируемом обществе // Вестн. Балтийского федерального ун-та имени И. Канта. Сер. Гуманитарные и общественные науки. 2020. № 1. С. 5–18.
3. Краснов М. А. Полномочия Президента РФ, делегированные законодательством // Конституционализм: идеал и/или реальность: сб. материалов дискуссии за круглым столом 4 февраля 2011 года / Под ред. Б. А. Страшуна, И. А. Алебастровой. М., 2012. С. 56–57.
4. Краснов М. А. Исправить треугольник: несбалансированность системы власти — главная драма нашей Конституции // Деконструкция Конституции: что нужно и что не нужно менять в российском Основном Законе. М., 2020. С. 27–31.
5. Соболева А. К. Социальные права в контексте новых полномочий Президента // Сравнительное конституционное обозрение. 2020. № 3(136). С. 82–96.
6. Стельникова Н. А. Делегированное законодательство в современном праве: понятие, причины применения и значимость // Право и государство: теория и практика. 2016. № 10(142). С. 14–19.
7. Фосскуле А. Эрозия парламентской системы в Федеративной Республике Германия // Сравнительное конституционное обозрение. 2004. № 2(47). С. 59–64.
8. Хайек Ф. А. Право, законодательство и свобода: Современное понимание либеральных принципов справедливости и политики. М., 2006.
9. Шайо А., Уитц Р. Конституция свободы: введение в юридический конституционализм. М., 2021.
10. Huber E. R. Rechtsstaat und Sozialstaat in der modernen Industriegesellschaft // Nationalstaat und Verfassungsstaat, Studien zur Geschichte der modernen Staatsidee. Stuttgart, 1965.