Статьи

Статья приурочена к 100-летию со дня рождения видного советского и российского правоведа, доктора юридических наук, профессора кафедры теории государства и права и политологии юридического факультета, заслуженного профессора МГУ имени М.В. Ломоносова Олега Эрнестовича Лейста (1925–2003). Показаны основные вехи его научной биографии. Отмечается, что творчество О.Э. Лейста органично сочетает в себе доктринальные разработки юристов дореволюционной школы с тем лучшим, что было высказано правоведами в период советского времени. О.Э. Лейст разработал комплексное исследование права и государства. По его оценкам, в масштабе общества юридическое мышление не может сложиться по приказу свыше, оно возникает вместе с массовым повседневным интересом к осмыслению общественных отношений через конкретные права и обязанности их участников, основания возникновения этих прав и обязанностей, в связи с процессуальными гарантиями правоотношений и ответственностью за нарушения прав и невыполнение обязанностей. Значительный вклад в фундаментальную юриспруденцию О.Э. Лейст внес разработкой темы санкций и юридической ответственности. Его внимание было сосредоточено на анализе места санкций в структуре правовой нормы, связи материального права и процесса с правовыми гарантиями членов общества. Делается общий вывод, что во многом благодаря работам профессора Лейста в настоящее время в России обеспечивается преемственность и развитие теоретико-правовой науки.

Статья посвящена сравнительно-правовому исследованию проблем правосудия в условиях глобальных вызовов современному экономическому правопорядку, имея в виду анализ общего и особенного в законодательном и судебно-правоприменительном опыте Российской Федерации и Республики Казахстан по решению соответствующих вопросов. Раскрываются некоторые особенности судоустройства указанных стран, основные направления деятельности органов правосудия в координатах экономического конституционализма и его основополагающих начал, связанных со взаимоотношениями бизнеса и власти, защитой прав субъектов предпринимательства. Анализируя роль судебной власти в системе рыночных отношений, особое внимание уделяется деятельности органов конституционного правосудия двух стран, их решениям как по защите, так и развитию национальных экономик, созданию условий для устойчивого экономического роста стран в контексте обеспечения государственного суверенитета, инвестиционной привлекательности. Важное значение имеет в этом плане сравнительно-правовое исследование обеспечения единообразия судебной практики по разрешению экономических споров и на этой основе — формирование прецедентных начал в правовых системах Российской Федерации и Республики Казахстан. Кроме того, на основе проведенного сравнительного анализа авторы предлагают определенные концепты корректировки национальных правопорядков в обозначенной сфере.

В статье обращается внимание на влияние изменения размера территории государства и социальной структуры общества на организацию государственного единства. Доказывается, что изменения в организации борьбы с разбоями на местах происходили постепенно и не одновременно на всей территории государства. Ограничение льгот крупных вотчинников (служилых князей) в области суда шло параллельно с созданием местных учреждений для осуществления суда по тяжким преступлениям, причем полномочия этого суда передавались от кормленщиков, назначаемых великим князем (позднее царем) выборным от населения. Попутно обращается внимание на высокий уровень грамотности местного населения городов и волостей, выборные из которых вели делопроизводство по преступлениям, а затем, с середины XVI в. — по фискальным делам. Обращается внимание на то, что сочетание центрального и местного аппарата с начала XVII в. опиралось не только на печальный опыт Смутного времени, но и учитывало потребности изменения порядка управления местами в связи с резко увеличившейся территорией государства, что объективно требовало усиления централизации. Подчеркивается, что к началу XVII в. уже сложился центральный бюрократический аппарат управления и в ходе опричнины и Смутного времени произошли изменения в характере землевладения.

Одними из правомерных исключений в правилах ВТО, которые позволяют ее членам отступить от выполнения возложенных на них в рамках ВТО обязательств, являются исключения по соображениям безопасности. На сегодняшний день не сложилось единых теоретических и практических подходов к толкованию и применению исключений по соображениям безопасности. Вместе с тем именно отсутствие правовой определенности в отношении данной группы исключений приводит к злоупотреблениям со стороны некоторых членов ВТО, которые расширительно толкуют правовые категории «существенные интересы безопасности» и «наличие чрезвычайных обстоятельств в международных отношениях». Подходы третейской группы ОРС ВТО в торговых спорах, в которых рассматривались исключения по соображениям безопасности, могли быть использованы для формирования относительно единообразной практики толкования и применения исключений по соображениям безопасности. Вместе с тем в последующих торговых спорах, выводы третейской группы ОРС ВТО продемонстрировали наличие правовой неопределенности по вопросу толкования и применения исключений по соображениям безопасности. Подобная ситуации не позволяет членам ВТО, в том числе Российской Федерации, прогнозировать решения ОРС ВТО относительно перспектив оспаривания односторонних ограничительных мер, введенных по соображениям национальной безопасности. В связи с чем подача жалобы Российской Федерацией в ОРС ВТО станет возможной после формирования относительно единообразной практики толкования и применения исключений по соображениям безопасности.

В доктрине сохраняется дискуссия относительно текущего положения папства в международном праве. Ключевой вопрос, в отношении которого ученым не удается достичь консенсуса, заключается в том, обозначают ли наименования «Римский престол» («Апостольский престол», «Святой престол») и «Государство Град Ватикан» («Град Ватикан») два отдельных субъекта международного права под руководством верховного понтифика, либо служат синонимами для одной и той же самостоятельной политической единицы (или обозначают соотношение части и целого в отношении такой единицы). Как демонстрирует практика участия Римского престола и Града Ватикана в двусторонних и многосторонних международных договорах, каждое из этих образований признается отдельной стороной соглашения, которое она заключает. И Апостольский престол, и Град Ватикан действуют в качестве обособленных друг от друга субъектов международных обязательств и ответственности. В необходимых случаях обе единицы могут одновременно оказываться участниками одних и тех же трехсторонних и многосторонних соглашений. Поскольку по соображениям организационной экономии у Града Ватикана отсутствует собственное внешнеполитическое ведомство, в большинстве случаев международные договоры от его имени и по поручению подписываются представителями Государственного секретариата Римского престола. Таким образом, «дуалистическая» концепция международной правосубъектности Апостольского престола и Государства Град Ватикан наиболее точно определяет положения дел в межгосударственной практике.

В рамках единого экономического пространства ЕАЭС устранение нарушений правил конкуренции осуществляется пятью национальными антимонопольными органами, а также Евразийской экономической комиссией (ЕЭК). Критерии и правила определения компетенции каждого из этих органов, установленные в Договоре о ЕАЭС и в национальных законодательствах, не позволяют однозначно, оперативно и безошибочно установить компетентный антимонопольный орган до начала расследования. Автор анализирует недостатки концепции трансграничных рынков, а также особых условий, дифференцированных по видам нарушений, которые применяются для установления компетенции ЕЭК на проведение расследования, а также указывает на принципиальную невыполнимость процедуры обоснования собственной компетенции национальным антимонопольным органом, поскольку она изначально требует достоверного исключения того, что рассматриваемый случай антиконкурентного поведения входит в компетенцию ЕЭК. На основе обобщения недостатков существующей системы определения компетентного органа, с привлечением практики Евросоюза в статье даются рекомендации по совершенствованию критериев и процедуры определения компетенции ЕЭК и национальных антимонопольных органов: предлагается разработать критерии установления компетентного органа, исходящие из признаков возможного нарушения, а также из общедоступной информации о потенциальном нарушителе и соответствующем рынке. Кроме того, взамен существующей предлагается процедура совместного установления компетентного органа, которая даст возможность избежать споров о компетенции и о подведомственности дел.